Дореволюционная историография о событиях 14 декабря 1825 г.
17 декабря 1825 г., указом Николая I был образован «Высочайше учрежденный тайный комитет для изыскания соучастников злоумышленного общества, открывшегося 14 декабря 1825 года». С 17 декабря по 17 июня 1826 г. комитетом было проведено 149 заседаний, в ходе которых проводились следственные действия. В них входили: допрос арестанта членами комитета; его письменные ответы на «вопросные пункты»; обсуждение протоколов допроса и ответов на заседании комитета; назначение очных ставок. 29 мая, накануне доклада императору, комитет был переименован в «Комиссию». 30 мая 1826 г. Николаю I было представлено донесение Следственной комиссии «…об открытых в России тайных обществах, приличенных в злоумышлении, о начале оных, ходе, изменениях, планах, мало-помалу распространившихся, равно и о степени участия в сих планах и предприятиях и вообще о поступках и дознанных намерениях каждого из членов». В него вошли важнейшие материалы судебного процесса над участниками восстания. Автором-составителем был делопроизводитель Д.Н. Блудов, «редактором» документа выступал российский император. Вскоре эти материалы были опубликованы. В донесении декабристы предстали «злодеями» и «извергами», нахватавшиеся западных идей и бессильные в них разобраться. Проект конституции «Русская правда», разработанный П.И. Пестелем представлялся как «едва вероятное и смешное невежество». В течение следующих тридцати лет это был единственный печатный документ о событиях 14 декабря.
Для современников эти материалы послужили источником для реального осознания своего прошлого. Поэт А.С. Пушкин, опираясь на «Донесение» писал X главу «Евгения Онегина». В ней Пушкин хотел показать «славную хронику» событий после войны 1812 г., но большую часть главы поэт уничтожил. Он же вынашивал замысел «Повести о прапорщике Черниговского полка», посвященную девятнадцатилетнему И.И. Муравьеву-Апостолу, погибшему во время восстания Черниговского полка 3 января 1826 г.
Одними из первых, на Донесение следственной комиссии, откликнулись декабристы. Получив этот документ, М.С. Лунин и Н.М. Муравьев, отбывавшие заключение в сибирском селе Урик, подготовили «Разбор донесения тайной следственной комиссии в 1826 году». Декабристы опровергали утверждение «Донесения» о случайном и подражательном характере тайных обществ в России. Муравьев, обращаясь к примерам из русской истории, писал что это «ни на чем не основанное мнение, что русский народ не способен, подобно другим, сам распоряжаться своими делами».
Впервые в отечественной историографии Муравьев приводит перечень дворцовых переворотов в России XVIII в., считая, что они противостоят с одной стороны правительственному деспотизму, а с другой – законной борьбе за ограничение самодержавной власти. Лунин и Муравьев защищают мысль, что декабризм исторически закономерен и находится в «природе вещей»:
«Надлежит сознаться, что Тайный союз не отдельное явление и не новое для России. Он связуется с политическими сообществами, которые одно за другим, в продолжение более века, возникали с тем, чтобы изменить формы самодержавия; он отличается от своих предшественников только большим развитием конституционных начал…».
Говоря о работе следственной комиссии, Лунин обращает внимание на ее «беспристрастие», когда она
«умалчивает об освобождении крестьян, долженствовавшем возвратить гражданские права нескольким миллионам наших соотечественников. Она ничего не говорит о новом Уложении, об устройстве судной власти, об исправлении судопроизводства, о преобразовании войска, об уничтожении военных поселений, о свободе торговли и промышленности, об оказании помощи угнетенной Греции»
Называя одну из причин «заблуждений, вкравшихся в доклад», декабрист пишет о «недостатке письменных свидетельств, которые состояли только из Зеленой книги, из двух предначертаний Конституций, литературного отрывка под названием «Разговор любопытный», частных писем и песен», подразумевая существование других источников, письменных и устных, в декабристской среде. Лунин обвинил суд 1826 г. в стремлении «отвлечь общее внимание от откровений будущего». Эти материалы были опубликованы в литературном и общественно-политическом альманахе «Полярная звезда» в 1859, издававшемся А.И. Герценым и Н.П. Огаревым в Лондоне.
В конце 1847 г. великий князь Александр Николаевич прочитал перед историком М.А. Корфом и великим князем Константином Николаевичем, воспоминания о событиях 14 декабря 1825 г., написанные Николаем I. В последующей беседе родилась идея дополнить мемуары императора и напечатать их. Эта работа была поручена Корфу. Через год появился первый вариант книги, в которой кроме записок Николая I, были включены документы, рассказы и воспоминания придворных лиц. Книга «Историческое описание 14 декабря 1825 г. и предшедшихъ ему событий» была напечатана тиражом 25 экз. В 1854 г. было напечатано 2-е издание, также в количестве 25 экз. - «Четырнадцатое декабря 1825 года».
26 августа 1856 г. в коронационном манифесте Александра II декабристы были амнистированы и получили разрешение вернуться в европейскую Россию и жить везде кроме Москвы и Санкт-Петербурга. Это привело к всплеску интереса к декабристам. В 1857 г. выходит «первое для публики» издание книги Корфа «Восшествие на престол императора Николая I». В нее вошли воспоминания Николая I, императрицы Александры Федоровны, великих князей Михаила Павловича и Константина Павловича, генерал-фельдмаршала П.М. Волконского, рассказы князя А.Н. Голицына и графа М.М. Сперанского, генерал-адъютанта А.Ф. Орлова и др. В своей работе автор «поддерживает монархическое начало» в России и пишет, что в «покорной, преданной, богобоязливой, царелюбивой России», не может прижиться чуждое западное революционное начало. Самих декабристов Корф показывает как «горсть безумцев, чуждых святой Руси, без корней в прошлом и перспектив в будущем». Об освобождении крестьян и других преобразованиях, задуманных декабристами, Корф не писал, а слово «конституция» использовал в анекдоте о том, что солдаты считали ее именем жены цесаревича Константина. Эта книга положила начало официальной историографии декабризма.
Слово «декабрист» впервые публично использовал А.И. Герцен в некрологе, посвященном И.Д. Якушкину в 1857 г. В 1858 г. в Лондоне, Герцен вместе с Огаревым издают сборник «14 декабря 1825 года и император Николай» в котором разоблачают основные положения книги Корфа. Авторы, считавшие себя последователя декабристов, показывают закономерность и неизбежность протеста против самодержавия и крепостного права и называют самым слабым местом декабристов отсутствие поддержки широких народных масс. Но своей главной цели, декабристы, по мнению авторов добились: «Пушки на Исаакиевской площади разбудили целое поколение».
Выход материалов Корфа, дал импульс для становления «научной историографии декабристского движения». По определению Е.Л. Рудницкой и А.Г. Тартаковского «книга Корфа стимулировала оформление официально-монархической концепции», а «сборник Герцена и Огарева положил идейное начало демократическому и либеральному направлению декабристской историографии».
В работе литературоведа А.Н. Пыпина «Общественное движение в России при Александре I», впервые изданной в 1871 г. и выдержавшей 4 издания, исследуются не сами события декабря 1825 г., а причины возникновения движения, идеология декабристов и деятельность тайных обществ. Пыпин считал декабристов продолжателями либеральных преобразований первого периода правления Александра I, последователями идей Негласного комитета и планов М.М. Сперанского. Он был убежден, что в деятельности декабристов «заговора никакого не было, потому что вся деятельность общества состояла в… беседах, которые сами по себе были новы и на первое время поглощали собой это возбуждение умов. Притом общество, размножась, вовсе не представляло какого-либо тесно связанного целого, и прежние кружки более близких друг другу людей сохранялись и теперь». Пыпин считал, что события на Сенатской площади «не были планом, издавна решенным и обдуманным. Напротив, в них было чрезвычайно много случайного и минутного». А конституции Муравьева и Пестеля были просто «рассуждениями о разных формах правления», которые не имели «никакой обязательности для членов общества и обе оставались частным мнением и предположением».
В 1869-1871 г. вышел многотомный труд «История царствования императора Александра I и России в его время» военного историка М.И. Богдановича. Автор получил доступ к делу декабристов, хранящемуся в Государственном архиве, и сообщил в двух главах VI т. новые сведения о деятельности тайных обществ. Ему не была доступна «Русская правда» Пестеля и Богданович пользовался только извлечениями из нее.
В начале 70-х годов в журнале «Отечественные записки» публикуется поэма Н.А. Некрасова «Русские женщины», посвященная княгиням Е.И. Трубецкой и М.Н. Волконской, поехавшим вслед за своими мужьями в ссылку в Сибирь. Если в первой части поэмы, посвященной Трубецкой, Некрасов отсутствие фактов компенсировал воображением, то вторая часть была основана на записках Волконской. Критик А.М. Скабичевский после выхода поэмы, писал: «Я никак не могу припомнить ни одного художественного произведения, вышедшего в последние десять лет в нашей печати, которое произвело бы на публику такое сильное и цельное впечатление».
В 1882 г. были опубликованы «Воспоминания декабриста о пережитом и перечувствованном 1805-1850» А.П. Беляева. В рукописном виде с ними познакомился Л.Н. Толстой и заинтересовавшись материалом, «сделал на полях рукописи много отметок». Он предложил Беляеву издать воспоминания, которые впервые были опубликованы в журнале «Русская старина» в 1880-1881 гг. Говоря о причинах восстания декабристов, Беляев показывает социальную и культурную атмосферу, царившую в первой четверти XIX в., настроения, царившие в офицерской среде, их политические взгляды. Автор много внимания уделяет организации и быту декабристов в ссылке, особенностям сибирской провинции.
В 1903 г. была издана работе военного историка, директора императорской Публичной библиотеки Н.К. Шильдера «Император Николай Первый: его жизнь и царствование» (автор умер в 1902 не успев завершить свой труд). Опираясь на архивные материалы, Шильдер рассматривает предпосылки образования тайных обществ, причины появления заговора, обращает внимание на личные качества декабристов, которые могли составить блестящую карьеру. Главную причину восстания декабристов автор видел в отходе Александра I от либерального пути развития России и развертывании реакции во второй половине правления. Шильдер осуждал представителей радикального крыла декабристов, стремящихся к свержению монархии и установлению республики, но в тоже время он считал, что декабристы действовали из лучших побуждений.
В 1900 г. историк Н.П. Павлов-Сильванский приступил к разбору документов фондов Чрезвычайной следственной комиссии и Верховного уголовного суда по делу декабристов, хранившихся в Государственном архиве. Завершив работу, Павлов-Сильванский написал биографический очерк о П.И. Пестеле, в котором видел «главного деятеля заговора декабристов», и подготовил к публикации систематизированную сводку его показаний, изданную в книге «Пестель перед Верховным уголовным судом». Интерес к декабристам на фоне революции 1905-1907 гг. приводит Павлова-Сильванского к мысли о месте декабристов в истории русского освободительного движения.
В 1902 г., по инициативе князя М.С. Волконского, были изданы воспоминания его отца «Записки Сергея Григорьевича Волконского: (декабриста)». Это были первые мемуарные сочинения декабристов, изданные в России. Волконский работал над воспоминаниями после возвращения из Сибири, в течение шести лет. В предисловии Михаил Сергеевич писал: «события, о которых идет речь, сделались уже достоянием истории. Что касается, так называемых декабристов, то прошло время, когда о них говорилось только в заграничных изданиях…». Волконский довел свои воспоминания до декабря 1825 г. О следующем периоде жизни писал уже его сын, основываясь на официальных и других документах. Дополнением к жизни С.Г. Волконского в Сибири служат воспоминания его супруги «Записки княгини Марии Николаевны Волконской», изданные в 1904 г. ее сыном. Изначально ее воспоминания были предназначены для семейного круга, но Волконский принимает решение издать эти материалы. Записки начинаются с ареста Волконского в Умани и доведены до дня возвращения оставшихся в живых декабристов из ссылки. Волконская подробно описывала жизнь на каторге, приводила сведения о быте, нравах и культуре населения Сибири, дала характеристики многим декабристам. В книге приводится ряд сведений о Николае I, Н.Н. Раевском, А.С. Пушкине и др. Так как записки были сделаны на французском языке, в книге приводится параллельный текст на русском и французском языках.
Первое вооруженное выступление против царизма, стало привлекать все больше исследователей после революции 1905 г. Начали издаваться ранее запрещенные материалы: документы обществ, конституционные проекты декабристов, их показания на следствии, воспоминания, биографические исследования. В 1905 г. выходит небольшая работа «Первый декабрист Владимир Раевский», написанная П.Е. Щеголевым. Книга посвящена члену Союза благоденствия майору В.Ф. Раевскому, арестованному в 1822 г. по обвинению в «возмутительных внушениях» юнкерам и солдатам «о вольности, равенстве и конституции».
В предисловии автор пишет:
«Он забыт так основательно, что с его именем у современного читателя, вероятно, не связывается никаких представлений. Даже специалисты упоминают о нем вскользь. Между тем Раевский принадлежал к числу тех людей, которые имели бы некоторое право на память потомства, а биография его имеет значение как для истории наших общественных течений 1818—1822 гг., так и для истории нашей литературы».
В 1906 г. впервые в России были изданы воспоминания Д.И. Завалишина «Записки декабриста». Последний декабрист, как его называли современники, очень подробно и точно описал бытовые условия пребывания заключенных в Сибири. Созданная им картина жизни декабристов на каторге не соответствовала начавшему формироваться образу «позолоченных мучеников», и могла вызвать какие угодно чувства, только не сочувствие первым революционерам. Завалишин описывает слишком вольный образ жизни декабристов, которые заплатив своим надсмотрщикам, диктовали условия пребывания в заключении. Вот как он описывает один из рабочих дней:
«Место работы превращается в клуб; кто читает газеты, кто играет в шахматы; там и сям кто-нибудь для забавы насыпает тачку и с хохотом опрокинет землю и с тачкою в овраг, туда же летят и носилки вместе с землею; и вот присутствующие при работе зрители, чующие поживу, большею частью мальчишки, а иногда и кто-нибудь из караульных, отправляются доставлять изо рва за пятаки тачку или носилки».
В 1906 г. впервые была издана «Русская правда» под редакцией П.Е. Щеголева. Это издание вызвало ряд критических замечаний, так как оказалось недостаточно исправным. В том же году вышел сборник документов «Декабристы и тайные общества в России», в котором содержатся материалы следственной комиссии, роспись государственным преступникам, осуждаемым к разным казням и наказаниям. Также представлены другие тайные общества, действовавшие на территории России и имевшие связи с осужденными декабристами. В 1906 г. выходит иллюстрированное издание «Декабристы : 86 портр., вид Петровского завода и 2 бытовых рис. того времени» Это первое издание, содержащее полную портретную галерею декабристов, выполненных декабристом Н.А. Бестужевым и хранящуюся в частных коллекций М.И. Муравьева-Апостола, Е.В. Якушкина и князя С.И. Шаховского. Помимо портретов, книга содержит биографические очерки декабристов, написанные П.М. Головачевым. В очерках большое внимание уделено истории участия декабристов в восстании 1825 года, подробно рассказывается о судьбе декабристов после вынесения приговора, а также после освобождения. В 1907 г. в серии «Политические процессы Николаевской эпохи» выходит книга «Декабристы. Тайные общества. Процесс Колесникова, бр. Критских и Раевских». В ней помимо событий 14 декабря 1827 г., приводятся неопубликованные высочайшие конфирмации по военно-судным делам о декабристах, описываются судебные процессы над последователями идей декабристов, в том числе над В.П. Колесниковым, братьями Критскими.
В 1909 г. издается один из крупнейших трудов дореволюционной историографии о декабристах историка В.И. Семевского «Политические и общественные идеи декабристов». Семевский использовал следственные материалы о декабристах, куда входило 507 отдельных дел, привлек к изучению идеологии декабристов большой круг источников. Автор излагал мнение декабристов о высших представителях власти, государственном хозяйстве России, положении сословий, жизни солдат, отношении к военным поселениям. Показав отрицательное отношение декабристов к существовавшим порядкам в России, Семевский старался «определить те влияния, которые помогли им разобраться в тяжелых впечатлениях, воспринимаемых ими от современной жизни» и искал их истоки в образовании, прочтенных книгах, в изучении государственного устройства Европы и Америки. Автор также рассматривал участие декабристов в масонстве и их разочаровании в нем. Движение декабристов, Семевский трактует как движение внеклассовой интеллигенции. По мнению Л.В. Черепнина, эта книга - «наиболее крупное исследование о декабристах, появившееся до Октябрьской революции».
Историк и этнограф М.В. Довнар-Запольский на основании широкого круга источников подготовил несколько монографий: «Тайное общество декабристов», «Идеалы декабристов» и «Мемуары декабристов». В первой книге автор указывал на масонские ложи как на первую ступень общественной деятельности декабристов, так как многие из руководителей декабристских обществ были масонами. На это, по мнению автора, указывало то, что в обрядах приема в члены «Союза спасения» можно увидеть следы влияния масонских обрядов. Довнар-Запольский полагал, что выступление на Сенатской площади можно считать «революцией», но в тоже время писал, что поражение этого выступления «было очевидно». Декабристы ценой своей крови выразили протест против того положения, которое создалось в России, благодаря аракчеевскому режиму.
Советская историография
В первые годы советской власти, история борьбы против самодержавия и зарождение революционного движения становятся главным направлением в исторической науке. В 1918 г. в Главном управлении архивным делом было запланировано издание следственных дел декабристов.
В 1917 г. в революционном Петрограде вышла работа Д.С. Мережковского «Первенцы свободы. История восстания 14 декабря 1825 года». Ее посвящение было адресовано «продолжателю дела декабристов А. Ф. Керенскому». В 1919 г. П.Е. Щеголев издает работу «Петр Григорьевич Каховский», посвященную неоднозначной фигуре одного из пяти казненных декабристов. Щеголев обращает внимание на то, что личность Каховского окружена «странным молчанием». В своих воспоминаниях о нем декабристы упоминают лишь одну-две незначительные фразы. Восполняя эти пробелы, Щеголев публикует признание Каховского следственной комиссии, письма написанные императору Николаю I и показания о нем его товарищей.
В 1925 г. было две знаменательные даты для исторического общества: 100-летие восстания на Сенатской площади и 20-летие Первой русской революции. После дебатов между М.С. Ольминским, ратовавшим за освещение событий 1905 г. и лидером советской историографии М.Н. Покровским, защищавшим юбилей декабристов, победил последний. В 1925 г. Центрархив начал публикацию многотомного издания «Восстание декабристов» под общей редакцией А.А. Покровского. По первоначальному плану в него должны были войти 8 томов следственных материалов, конституционные проекты, мемуары и записки декабристов. Издание начали со следственных дел Северного общества, вошедшие в первые три тома, изданные в 1925-1927 гг. В них были опубликованы 26 следственных дел - С. П. Трубецкого, К. Ф. Рылеева, Е. П. Оболенского, Никиты Муравьева, А. А. и М. А. Бестужевых. IV том, вышедший в 1927 г., включал материалы следствия по делам двух крупнейших деятелей Южного общества - П. И. Пестеля и С, И. Муравьева-Апостола. В VI том вошли официальная переписка о восстании Черниговского полка, материалы Могилевской и Белоцерковской военно-судных комиссий, судивших младших офицеров и «нижних чинов». Восьмой том, вышедший в 1925 г. содержал «Алфавит декабристов» - краткую сводку материалов следствия о каждом из декабристов (около 500 человек). VII том был посвящен «Русской правде» Пестеля, но его подготовка оказалась сложной в археографическом отношении и выпуск был отложен.
После многолетнего перерыва в 1950 г. вышел IX том. Редактором сборника документов становится М.В. Нечкина. При публикации следственных материалов было решено следовать их порядковой нумерации в документах следствия. В IX, X и XI тт. продолжилась публикация следственных дел членов Южного общества. Были опубликованы дела М.П. Бестужева-Рюмина, М.И. Муравьева-Апостола, С.Г. Волконского, А.П. Барятинского и других. В 1958 г. наконец издается VII том – «Русская правда» Пестеля и сочинения ей предшествующие. Публикацию документов в многотомном «Восстании декабристов» продолжил С.В. Мироненко, сосредоточивший внимание на истории проектов реформ второй половины царствования Александра I. На сегодняшний день издано 23 тома, последний вышел в 2016 г.
Забайкальский отдел Государственного географического общества и Читинский государственный областной музей к юбилею восстания, подготовили сборник документов «Декабристы в Забайкалье: неизданные материалы». В книгу были включены следующие материалы: неизданная переписка декабристов, характеристика пребывания декабристов в Петровском заводе, высылка декабриста Д.И. Завалишина, книжное собрание декабристов в коллекциях Читинского музея.
В юбилейный и последующие годы выходит целый ряд исследований. В 1926 г. издается монография историка А.Е. Преснякова «14 декабря 1825 г.». В ней была изложена история возникновения и деятельности Северного и Южного обществ, время междуцарствия, подробный разбор хода восстания в Санкт-Петербурге. Автор сумел показать выразительные портреты лидеров декабристов – К.Ф. Рылеева, С.П. Трубецкого и их соратников. Говоря о причинах поражения декабристов, Пресняков указывал на слабую подготовку восстания, дезорганизацию революционного центра, а также то, что движение декабристов было чуждо «подъему народной и солдатской массы». Книгу дополняет приложение «Гвардия в декабрьские дни 1825 года» - военно-историческая справка, составленная Г.С. Габаевым. Военный историк рисует перед читателем живую картину гвардейских полков в тот исторический момент, их состав, расположение, вооружение. Габаев анализирует соотношение сил противоборствующих сторон, указывает точное число убитых от картечи и ружейной стрельбы. Имеющий за плечами боевой опыт Первой мировой войны, Габаев оценивает характер боевых действий декабристов, тактические решения, как восставших войск, так и действия Николая I и его генералов. Одну из рецензий на книгу написала начинающая исследовательница событий 14 декабря 1825 г. М.В. Нечкина.
В сборнике «Декабристы и их время» (1928-1932) авторы-составители отмечали обширность научных задач, стоявших перед историками: «Декабристы и их движение не могут быть поняты вне связи с общим строем жизни, общим строем отношений их эпохи. Поэтому не только изучение самого движения декабристов, их мировоззрения, их творчества, их личной судьбы, но также и изучение их эпохи – ее хозяйственного, социального и политического уклада, внешней и внутренней политики, политических и общественных течений, ее культуры, быта…».
Авторы другого сборника «Декабристы: неизданные материалы и статьи» Б. Л. Модзалевский и Ю. Г. Оксман в предисловии писали необходимости формирования представления декабристов как «детей своего века», со всеми «особенностями миросозерцания, свойственного людям их времени и положения», с присущими им достоинствами и недостатками: «…они нам дороги такими именно, какими они были в жизни».
Г.Б. Сандомирский в работе «Декабристы на каторге и в ссылке» не рекомендовал историкам рассматривать «деятелей 14 декабря» как «некий единый коллектив, спаянный совершенно однообразными социально-политическими устремлениями». Выступая против схематически-упрощенных представлений, он подчеркивал «различие социально-политических устремлений декабристов», которых объединяло только неприятие крайних форм самодержавия и крепостного права: «…в остальном было бы наивно рассматривать их как членов современных [нам] политических партий, тесно связанных параграфами обязательного устава».
В юбилейные годы начинают широко издаваться воспоминания и письма декабристов. Писатель и литературовед С.Я. Штрайх издает документы декабриста М.С. Лунина, хранящиеся в Музее Революции СССР: «Письма из Сибири», «Общественное движение в России в нынешнее время». После разрешения вести переписку со своей сестрой Е.С. Уваровой, Лунин в своих письмах создает публицистическое сочинение, своеобразный политический памфлет, объединенный единым замыслом. Он хотел, чтобы его мысли «распространялись и развивались в уме соотечественников». В своих антиправительственных сочинениях, Лунин провел «убийственный анализ 15-летнего царствования Николая I, раскрыв его бездарность как в делах внутренних, так и в вопросах политики». Используя сведения из русской и заграничной прессы, Лунин дает обзор всех сторон русской жизни: от польского вопроса до внешней политики. Признавая отдельные «полезные распоряжения» правительства, Лунин предсказывает крушение царского строя.
Следующий этап в историографии декабризма характеризовался господством идеологической схемы «дворянской революционности». В 1950 г. отмечалось 125-летие восстания на Сенатской площади. Одно из праздничных мероприятий проходило в Большом концертном зале Академии наук СССР, где с докладом выступила М.В. Нечкина. Благодаря ее усилиям в Москве стала формироваться школа по изучению истории декабристов.
В двухтомной монографии «Движение декабристов» изданной в 1955 г., Нечкина представляет картину формирования и развития общественно-политических взглядов членов тайных обществ, от ранних кружков до Северного и Южного обществ и общества Соединенных славян. Нечкина показывает декабристов как первых русских революционеров, с оружием выступивших против самодержавия и крепостного права: «в 1825 году Россия впервые видела революционное движение против царизма». Восстание декабристов видится ей как дворянский этап освободительного движения. В своих исследованиях Нечкина подчеркивала ценность материалов следствия, выделяя этот тип источников перед мемуарной литературой, которую считала субъективной и подвергшейся цензуре. Кроме того, важным направлением в изучении движения декабристов Нечкина видела в разработке «фактической истории», в изучении биографий и мировоззрения декабристов, в том числе малоизученных или неизвестных участников. «Мы до сих пор не знаем ни общего облика, ни конкретной деятельности многих декабристов…» писала Нечкина.
Оппонентом Нечкиной в этот период, выступал Н.М. Дружинин. В докладе «Программа северных декабристов», сделанном на объединенной сессии отделения истории и философии и литературы и языка Академии наук СССР Дружинин представил свою точку зрения о событиях 14 декабря 1825 г.
Дружинин считал, что декабристы хотя и были представителями передового дворянства, но «вышли из среды правящего дворянского сословия и несли в себе пережитки старого феодального мировоззрения». Дружинин был не согласен с тем, что на Сенатской площади была предпринята попытка осуществить радикальный, по целям и методам переворот, он также отрицал намерения декабристов отменить крепостное право. В предисловии к сборнику «Очерки из истории движения декабристов» под редакцией Н.М. Дружинина и Б.Е. Сыроечковского, Николай Михайлович сформулировал основные направления в историографии вопроса:
анализ революционных устремлений декабристов и раскрытие дворянского характера этой революционности, поиск внутренних истоков движения декабристов и выяснение его «органической связи с русской действительностью», связь декабристов с их политическими предшественниками и последователями, проблема взаимовлияния западноевропейских и российских событий, проблема взаимоотношений декабристов и народа.
В наши дни тема декабристов продолжает интересовать представителей исторической науки. В.М. Бокова в монографии «Эпоха тайных обществ: русские общественные объединения первой трети XIX в.» исследует более 150 общественных объединений, включая как открытые, так и тайные общества, и делает вывод, что далеко не все они выступали против царя. Профессор РГГУ О.И. Киянская посвятила свои исследования биографиям П.И. Пестеля, К.Ф. Рылеева, восстанию Черниговского полка. Изучая политическую биографию Пестеля, Киянская предложила рассматривать главные моменты участия декабриста в тайном обществе в контексте его служебной карьеры. Биографическое исследование жизни Рылеева, Киянская написала в соавторстве с А.Г. Готовцевой, используя новые документы: переписку, финансовые документы семьи. В результате получилась биография не только декабриста, но и успешного литератора и удачливого коммерсанта.
Судьба декабристов привлекала внимание не только историков, но и писателей. Во второй половине 1960-х годов выходят книги, написанные историком и писателем Н.Я. Эйдельманом, сочетавшим в себе талант историка и мастерство популяризатора. Тема движения декабристов была в центре его внимания. Одним из наиболее ярких произведений была повесть, посвященная И.И. Пущину «Большой Жанно», написанная в форме дневника, который герой ведет в конце жизни. Эйдельман представляет сложную биографию Пущина, его участие в восстании и жизнь в ссылке. Еще одна повесть посвященная Пущину, «Друг бесценный, или Восемь дней на пути в Сибирь» написана писателем В.И. Порудоминским. Журналист и литератор А.И. Гессен был автором документальной повести «Во глубине сибирских руд». В книге, основанной на документальных материалах и письмах, рассказывается о жизни декабристов на каторге и в ссылке, а также о подвиге их жен. «Повесть о декабристе Петре Муханове» написана Т.Ф. Медведковой и В.Б. Муравьевым. В ней авторы рассказывается о трагической истории любви декабриста П.А. Муханова и его невесты, княжны Варвары Шаховской, последовавшей за ним в Сибирь и скончавшейся в 1836 г. так и не получив разрешения Николая I на заключение брака. В повести использованы архивные материалы. В романе «Сто прапорщиков», написанном литературоведом Г.М. Цуриковой, показана духовно-нравственная эволюция поколения декабристов.
