– Институт Конфуция РГГУ в 2013 году был признан лучшим в мире. Какова, на ваш взгляд, ключевая миссия Института в современных реалиях?
– Ключевая миссия — давать качественную и достоверную информацию. Это касается всего: и преподавания языка, и современной политической и экономической ситуации, и таких дисциплин, как каллиграфия и живопись.
Сегодня мы живём в эпоху фейков и мистификаций, а наша цель — стремиться к реальности и достоверности.
– Как организован учебный процесс в Институте Конфуция РГГУ? Какие курсы и программы сейчас наиболее востребованы среди студентов?
– Наиболее популярен базовый начальный курс. Его проходят не все, но те, кто его завершает, обычно продолжают обучение. Также стабильно востребованы курсы живописи и каллиграфии. Студенты активно пользуются нашей библиотекой. И, конечно, пользуются огромным спросом стажировки — летние и годовые, которые мы организуем. Иногда мы посылаем на полный курс обучения. Это всё на очень льготных условиях: нужно оплатить только дорогу туда и обратно.
– Летом 2025 года студенты вернулись из поездки в Китай. Как часто организуются такие поездки и как они устроены?
– Летние поездки мы устраиваем каждый год. Участник оплачивает только перелёт, а все расходы в Китае — проживание, трансферы и питание — берёт на себя китайский вуз-партнёр.
Программа таких поездок очень насыщенная: она включает множество лекций о культуре, а также обязательную поездку в другую провинцию или значимый город. Этим летом, например, все ездили в Циндао. Таким образом, эти две недели в Китае становятся периодом постоянного погружения в культуру страны и общения с людьми.
– Расскажите о последней поездке, в которой участвовали не только студенты вашего Института, но и студенты Института Лингвистики, а также Института восточных культур и античности, изучающие китайский язык.
– Поездка, проводившаяся с 27 июня по 10 июля 2025 года, была организована в сотрудничестве с Университетом международного бизнеса и экономики в Пекине.
Наш вуз-партнёр подготовил для студентов насыщенную программу, включающую практические занятия разговорного китайского, занятия по деловому китайскому языку, лекции, а также мастер-классы по китайской культуре: знакомили с чайной церемонией, живописью и кулинарией.
Конечно же, студенты РГГУ посещали многочисленные достопримечательности: поднялись на Великую Китайскую Стену, посетили Императорский дворец, Храм неба, площадь Тяньаньмэнь, озеро Куньмин и другие знаковые места.
В рамках программы также была организована поездка в город Циндао, расположенный на берегу Жёлтого моря в провинции Шаньдун. Побережье Циндао — живописное место в южной части города, где соединяются красивые горы и великолепное море. Студенты Института Конфуция РГГУ имели возможность подняться на священную гору даосизма — гору Лаошань, и увидеть статую Лао-цзы, которая находится в даосском монастыре Тайцингун («Храм Великой чистоты»).
Опыт таких поездок очень обогащает и мотивирует студентов прилагать дальнейшие усилия в изучении языка, поэтому Институт Конфуция РГГУ планирует организацию подобных Летних лагерей в периоды студенческих каникул и в следующие годы.
– Почему в Институте Конфуция принята модель с двумя директорами — российским и китайским? Как распределяются обязанности между вами и г-жой Чжан Жуй, и как это влияет на эффективность работы института?
– Модель с двумя директорами позволяет нам эффективно распределять зоны ответственности. Директор Чжан Жуй курирует взаимодействие с китайской стороной — это не только наш вуз-партнёр, но и посольство КНР, китайские компании и банки и так далее. Моя зона ответственности — это работа с РГГУ, российскими преподавателями, слушателями и студентами.
Мы общаемся практически ежедневно, поэтому де-факто все решения принимаем совместно. Это обеспечивает эффективность, согласованность и, как следствие, приемлемость наших решений для обеих сторон. Кроме того, такая модель позволяет привлекать больше преподавателей, волонтёров и лекторов из Китая.
Безусловно, эта модель исключительно эффективна, но у неё есть важнейшее условие — желание и умение директоров работать в тандеме. Мне кажется, у нас это получается.
