Кто такая «кофейница»? И похожа ли она на современную «тарелочницу»? Какие феминитивы из древнерусского языка живут до сих пор? Об этом «Российской газете» рассказала кандидат филологических наук, старший научный сотрудник Учебно-научной лаборатории социолингвистики Института лингвистики РГГУ Ирина Фуфаева.
– Когда появились первые феминитивы?
– На этот вопрос ответить практически невозможно. Феминитивы – это ведь способ образовывать слова с указанием на то, что речь идёт о женщине. Это очень древнее явление, распространённое в разных языках мира. Феминитивы были и в восточнославянском языке, предке современного русского, и в древнерусском: например, «княгиня».
– А всегда ли к ним относились с каким-то предубеждением, как сегодня к «авторке», «редакторке» или «блогерке»? Неприятие этого явления часто объясняют тем, что подобные слова не подходят по звучанию русскому языку, и их придумали люди без языкового чутья…
– Наоборот. Бинарная система названий для мужчин и для женщин была естественной и, знаете, она естественна и сейчас (кроме сферы профессий). Родственник — родственница, красавец — красавица, англичанин — англичанка, москвич — москвичка…
И вот вам почти анекдот. Есть такая концепция типов личности и взаимоотношений между ними, которая называется соционикой. Там типажи людей распределяют по фамилиям великих людей: к примеру, Бальзак, Дон Кихот. В жаргоне социоников существуют такие слова, как «донка» и «бальзачка» по отношению к женщинам. Люди образуют внутри своего сообщества такие феминитивы не потому, что модно, а потому, что это для них удобно и естественно.
– Существовали специальные слова для женщин, которые осваивали мужские профессии и ремесла в XVIII–XIX веках?
– Например, в это время жила Анна Турчанинова, которая занималась философией, переписывалась с философами. Современники называли её «философка Турчанинова». В XVIII веке появилось слово «живописица», с конца этого столетия дам, которые начали заниматься поэзией, называют сочинительницами, стихотворицами.
Если заглянуть в Национальный корпус русского языка, то можно увидеть, что слово «писательница» появляется с самого начала XIX века. Более того, попадаются такие формы, как «женщина-писательница». Звучит как усиление этой самой феминитивности.
В начале XX века начала развиваться авиация. И женщины очень быстро осваивают новую сферу. Когда первая женщина садится за руль самолёта или, как тогда говорили, аэроплана, появляется феминитив «авиаторша». В частности, в материале «Женщина-авиаторша Л. В. Зверева протестует» Петербургской газеты за 1911 год так называет себя и сама героиня, первая русская авиаторша Лидия Зверева.
Газета писала и о враче, которая приезжала в усадьбу к Толстому, чтобы осмотреть его сына. «Врач Д приезжала…» — это современное употребление, когда идёт согласование с глаголом по женскому роду, «врач приезжала». Впервые «врач» становится гендерно нейтральным словом. Затем такое употребление стало расширяться.
– Как советская идеология и эпоха повлияли на женские слова?
– В течение всего XX века использование феминитивов сокращается. Хотя, парадоксально, появляется множество новых феминитивов. То есть такие слова появляются в большом количестве, но само использование феминитивов случается всё реже.
Женщину называют «вагоновожатая», «машинистка» (в значении управления транспортом). Такое употребление встречается в начале советской эпохи, когда не хватает машинистов, работают женщины. Затем, и это видно по СМИ, женщин начинают называть гендерно нейтральными существительными.
Феминитивы стали занимать в языке небольшую нишу, например, образовывались названия рабочих специальностей: «фасовщица», «канатчица». Если в начале XX века в документации и трудовых книжках использовались феминитивы, то к концу их осталось очень мало. Одна женщина вспоминала, что первая запись в её трудовой книжке была «артистка разговорного жанра», а последняя запись — «артист». То есть всё сильно унифицировалось. Это признак бюрократического языка.
– Кстати, есть мнение, что некоторые феминитивы просто придуманы исповедующими политкорректность журналистами. Вы согласны?
– В какой-то степени да. Феминитивы иногда порождаются журналистами. Впрочем, это часто происходит из-за того, что пишущие люди пытаются избежать повторов, стилистические правила для СМИ гласят: нельзя повторять одно и то же слово в рамках маленькой новости, вот и придумывают синонимы, феминитивы тоже идут в ход.
– Недавно распространился фейк о том, что Верховный суд попытался убрать из нашей речи «руководительниц, авторок, психологинь». Возможно ли запретить феминитивы?
– Ни убрать, ни запретить их невозможно, потому что они производные устной разговорной речи. Возвращаясь, допустим, из парикмахерской, можно сказать, что мастер меня как-то неудачно постриг, уточнив — парикмахерша. Хотя у нас и без феминитивов есть много способов сообщить про пол стилиста, например, через глагол: «постригла», «ошиблась». Но мы используем феминитивы, потому что это наиболее точный способ скупыми экономными средствами передать больше информации.
– В современном английском языке, чтобы избежать профессионального неравенства, для мужчин и женщин одинаковых профессий ввели общее гендерно нейтральное слово: например, было fireman/firewoman — стало firefighter, было policeman/policewoman — стало police officer. А мы, наоборот, требуем подчеркнуть пол профессионала?
– Русский язык по своей грамматике совершенно не похож на английский. К слову «полицейский» мы добавим глагол, прилагательное, местоимение, и станет понятно, о женщине или мужчине идёт речь. Да и имена и фамилии чаще всего передают эту информацию. Так что мы к ней привыкли. Если это, конечно, не фамилия типа Седых или Шевченко, и если эта фамилия не на обложке книги.
Есть хрестоматийный пример: автор школьного учебника математики Петерсон. Мы долго думали, что это мужчина, а оказалось, автора зовут Людмила.
– А в русском языке есть профессии, у названия которых нет мужской пары?
– Конечно, например, «ворожея», «швея», «сиделка», «гадалка»…
– Занятия, которые требуют сугубо женских навыков, духовных состояний и возможностей…
– Да, «роженица» или «родильница» — это два слова для разных стадий родов. В XVIII веке, когда вошли в моду перчатки, букеты, появились «перчаточницы», «цветочницы». Это непарные феминитивы, хотя вполне могли бы быть аналогичные слова мужского рода — «перчаточник, цветочник».
Потом появилось очень смешное слово — «кофейница», которое обозначало гадалку на кофе. Но в русском языке есть редкие феминитивы, от которых образовалась мужская профессия. Например, «доярка» — «дояр». Поскольку появилось это слово недавно, в конце XIX века, учёные считают, что оно было заимствовано через южно-российские говоры из польского.
А вот современное слово с негативным оттенком «тарелочница». Это женщина, которая ходит на свидания, чтобы поужинать, а потом исчезает… Это тоже феминитив, образованный независимо. Но мне уже попадалась образованное от него название мужчины — «тарелочник», возможно, шутливое.
Источник: Российская газета
Текст: Российская газета
Фото: Департамент коммуникаций РГГУ
25 апреля на телеканале «ТВЦ» вышел выпуск программы «Православная энциклопедия», в котором принял участие д. и. н., профессор РАН, профессор кафедры истории и теории исторической науки РГГУ Андрей Сергеевич Усачёв. Выпуск посвящён истории и культуре Великого Новгорода, а также деятельности архиепископа Новгородского, впоследствии митрополита Московского и всея Руси — ключевой фигуры русской церковной и государственной истории XVI века.
Доктор исторических наук, профессор кафедры зарубежного регионоведения и внешней политики ИМОиПН РГГУ Григорий Ланской в интервью изданию «Известия» проанализировал хронологию событий 26 апреля 1986 года, причины взрыва на четвёртом энергоблоке Чернобыльской АЭС и масштабные последствия аварии.
Что общего у Кижского погоста, вулканов Камчатки и первого в мире атомного ледокола «Ленин»? Как именно материальные объекты помогают нам не забыть историю? Об этом в программе «Доброе утро» рассказала доцент исторического факультета ИАИ РГГУ Ирина Азерникова.
Профессор РГГУ, сопредседатель Научно-просветительного центра «Холокост» Илья Альтман в интервью «Известиям» проанализировал сложные социальные процессы, которые переживал Ленинград в первые послевоенные годы: от масштабного восстановления разрушенного города до роста преступности и процветания чёрного рынка.
Как готовились первые государственные праздники — «красные дни календаря», — и какой была их идеология? Как на протяжении первых десятилетий советской власти менялось отношение людей к новым официальным праздникам? Рассказала доктор исторических наук Елена Барышева, эксперт по истории советской повседневности и праздничной культуры 1920-1930-х гг.
По словам Николая Стоцкого, подобные проекты позволяют по-новому представить культурное наследие и сделать его более доступным для молодежи и международной аудитории. Участие в международной инициативе также повышает интерес к российской истории и архитектуре у зарубежных пользователей.
О значении символа глаза в искусстве, о том, почему эволюционный механизм заставляет нас видеть взгляд даже в случайных предметах, как связаны глаз, власть и защита, почему мы одновременно заворожены и напуганы крупным планом, — об этом и многом другом рассказывает культуролог, специалист по современной культуре и коммуникации Виктория Мерзлякова в эфире программы «Физики и лирики: 100 минут о глазах»
В марте выходит новая книга доктора исторических наук, директора УНЦ визуальных исследований Средневековья и Нового времени РГГУ Дмитрия Антонова и историка Людмилы Сукиной «Русское Средневековье. Люди, храмы и экономика спасения». В преддверии публикации Дмитрий Антонов развенчал миф о «русском двоеверии», а также рассказал о языке проповеди, утилизации икон и выборе духовника в Древней Руси.
Высокую оценку получила монография учёного "Предыстория и начало промышленного развития города Миасса: 1758-1777 годы", опубликованная в сентябре 2025 года. В основе книги - цикл материалов, ранее выходивших в местной прессе.
Почему именно Булгаковская Маргарита для русской литературы — радикально новый персонаж среди женских образов? Что роднит Пелагею Ниловну с Богородицей? И случайно ли, что мы как читатели не помним имён чеховских "дамы с собачкой", "душечки" и "попрыгуньи"? О нашей женщине в нашей же литературе рассуждали в компании профессора РГГУ, доктора филологических наук Юрием Доманским