Борис и Глеб были младшими сыновьями великого князя Владимира Святославовича — крестителя Руси. В крещении братья получили имена Роман и Давид и с раннего детства воспитывались в духе христианского смирения и милосердия.
В условиях политического кризиса 1015 года Святополк, стремясь укрепить свою власть, приказал убить сводных братьев. Добровольный отказ князей от сопротивления и принятие мученической смерти стали воплощением христианских идеалов в древнерусской истории. Борис и Глеб избрали путь терпения и смирения, следуя заповеди Христовой — не воздавать злом за зло.
В статье С.А. Борисовой «"Съвьршеная любы вънъ измещеть страхъ": как боялись древнерусские князья-мученики?», опубликованной в «Вестнике РГГУ» (2021, № 4), проводится сравнительный анализ византийских и древнерусских агиографических традиций в изучении жизнеописаний святых.
Исследователь отмечает, что в отличие от византийских мучеников, демонстрирующих храбрость и решительность, образ Бориса передает внутреннюю борьбу страстотерпца через библейскую цитату: «В любви нет страха, но совершенная любовь изгоняет страх, потому что в страхе есть мучение» (1 Ин. 4:18). Эта формула раскрывает духовный механизм преодоления страха через совершенную любовь к Богу.
С.А. Борисова подчеркивает, что это не просто риторический прием, а глубокое богословское осмысление чувства через призму христианской любви. Подобный психологизм был новаторским для древнерусской агиографии.
Эксперт также подробно рассматривает литературные приемы передачи эмоционального состояния святых. В «Сказании о Борисе и Глебе» переживания героев выражены не через прямое описание, а через библейские аллюзии, что представляет редкий для агиографии пример модели «преодолевающего страх» святого.
При изучении образа Глеба автор обращает внимание на то, что в отличие от традиционного изображения мучеников, юный князь предстает перед читателем живым и эмоциональным человеком: он открыто выражает нежелание расставаться с жизнью, со слезами умоляет убийц пощадить его. Однако завершающая молитва Глеба («Вижь, Господи, и суди...») демонстрирует его полное принятие воли Божьей, что символизирует внутреннюю силу и смирение святого.
Научная значимость
исследования С.А. Борисовой заключается в комплексном анализе трансформации
византийских агиографических традиций в древнерусской литературе. Работа
эксперта РГГУ позволяет выявить самобытные черты подхода к изображению святости
в русской традиции.
