- РГГУ.РУ

Кнорозов Юрий Валентинович

 

Юрий Валентинович Кнорозов

 Knorozov

(19.11.1922 – 30.03. 1999)

 

Ю.В.Кнорозов родился под Харьковом в семье русских интеллигентов, в 1992 г. Отец был главным инженером Южного треста стройматериалов. В 1937 г. закончил семь классов 46 железнодорожной школы. В 1939 г. - рабфак при 2 ХМИ. В 1939 г. Кнорозов поступил на исторический факультет Харьковского государственного университета им. А.М. Горького. С началом войны Украина была оккупирована, и Кнорозов оказался в Москве. В 1943 г. он учился уже на историческом факультете МГУ. Затем был призван в армию, где служил под Москвой, телефонистом 158 артиллеристского полка резерва ставки главнокомандующего.

Сразу после войны закончил исторический факультет МГУ, специализируясь по этнографии. Его дипломная работа была посвящена шаманским практикам, как и первая публикация, вышедшая в 1949 г. в журнале Советская Этнография: «Мазар Шамун-наби». Но уже тогда Ю.В. Кнорозов всерьез увлекся дешифровкой письма майя, вопреки общему скептическому настрою. «То, что создано одним человеческим умом не может не быть разгадано другим. С этой точки зрения, неразрешимых проблем не существует и не может существовать ни в одной из областей науки!», считал он.

Основным источником для работы с письмом письма майя послужили две книги, видимо не случайно оказавшиеся в его руках: «Сообщение о делах в Юкатане» Диего де Ланды в публикации Брассера де Бурбура (Landa Diego de. Relation des choses de Yucatan. Par l'abbé Brasseur de Bourbourg. Paris, 1864) и «Кодексы майя» в гватемальской публикации братьев Вильякорта. (Villacorta J.A., Villacorta A. Códices mayas, Dresdensis, Peresianus, Tro-Cortesianus, reproducidos y desarrollados por J. Antonio Villacorta y Carlos Villacorta. Guatemala, 1930.)

В поступлении в аспирантуру МГУ Ю.В. Кнорозову было отказано, и потому дешифровку древнего письма майя молодой ученый продолжил уже в Ленинграде, куда он перебрался в конце 40-х годов. В это время он и жил и работал в Музее этнографии народов СССР, разбирая пострадавшие при бомбардировках коллекции.

Уже при жизни Кнорозова сравнивали с Шампольоном, расценивая это сравнение как несомненную похвалу. Однако, с точки зрения науки, интеллектуальный прорыв российского ученого имел куда более весомое значение: во-первых, у него не было билингвы (одного текста, написанного на разных языках), а во-вторых, ему пришлось разработать метод дешифровки неизвестных систем письма.

Прежде чем приступить к работе с текстами майя, Кнорозов решил разобраться с теоретическими вопросами дешифровки древних письменностей. Во-первых, он четко определил, что именно считается лингвистической дешифровкой (переход к точному фонетическому чтению иероглифов) и чем она отличается от принятой в то время в майянистике интерпретации знаков, являющейся всего лишь попыткой предположить значение или чтение отдельных знаков. Кроме того, следовало разделить не имеющие практически ничего общего между собой понятия: дешифровка исторических систем письма (в частности майя) и дешифровка секретных шифров. В древних текстах знаки стоят в обычном порядке, но чтение их забыто; а язык либо неизвестен, либо сильно изменился. В шифрованных записях известные знаки замещены другими, порядок их смешан, а язык должен быть известен. Таким образом, общим при обеих дешифровках можно назвать лишь конечный результат - достижение понимания записанного текста. Все остальное различно: и общая научная подготовка дешифровщика, и необходимый для обработки объем текста, и методологический подход. Основные положения дешифровки древних систем письма были сформулированы Кнорозовым в программном вступлении, названном Неизвестные тексты, к серии «Забытые системы письма: Материалы по дешифровке», начавшей публиковаться в 1982 г.

Метод, разработанный Кнорозовым и примененный при дешифровке письма майя и использовавшийся в последствии для дешифровок письма острова Пасхи и протоиндийских текстов, получил название метода позиционной статистики. Исходные положения этого метода были выявлены дешифровщиками древних систем письма первой половины XX века и достаточно успешно применялись в 40-50 годы Майклом Вентрисом. Кнорозов сумел обобщить и развить некоторые походы до цельной теории и метода дешифровки. А верность теоретических разработок была блестяще доказана на практике.

Суть «метода позиционной статистики» сводится к следующему: по количеству знаков в письме и частоте появления новых знаков в новых текстах определяется тип письма (идеографическое, морфемное, силлабическое, алфавитное). Затем происходит анализ частоты употребления того или иного знака и анализ позиций, в которых этот знак появляется, определяются функции знаков. Сопоставление с материалами языков, родственных языку текстов позволяет выявить отдельные грамматические, семантические референты, корневые и служебные морфемы. Затем выявляется условное фонетическое чтение того или иного знака, устанавливается чтение основного состава знаков. Верность условного чтения подтверждается перекрестным чтением знака в разных позициях и текстах.

Создав теоретическую базу для работы с письмом майя, Ю.В.Кнорозов перевел со староиспанского на русский язык «Сообщение о делах в Юкатане». И сразу же понял, что алфавит из 29 знаков, записанный в XVI в. францисканским монахом Диего де Ландой является ключом к дешифровке самого письма. Ему удалось разобраться с недоразумениями, возникшими при диктовке алфавита – когда информатор записывал майяскими знаками не звуки, а названия испанских букв. Сама дешифровка проводилась на основе трех сохранившихся иероглифических рукописей майя - Парижской, Мадридской и Дрезденской. Оказалось, что в текстах всех трех рукописей встречается 355 самостоятельных знаков. Это позволило Кнорозову определить тип письма как фонетический, морфемно-силлабический. То есть каждый знак майя читался как слог. Завершалась сложная работа главным - чтением и переводом трех рукописей майя.

Первая публикация результатов дешифровки, вышедшая все в той же Советской Этнографии в 1952 г., со скромным названием «Древняя письменность Центральной Америки», произвела настоящий фурор. Гениальное открытие Кнорозова было с восторгом принято отечественной научной общественностью. Предстояла защита кандидатской диссертации в качестве соискателя. Тема диссертации звучала нейтрально: «Сообщение о делах в Юкатане Диего де Ланды как этно-исторический источник». Однако в качестве основной задачи ставилось доказательство наличия государства у индейцев майя и затем обоснование присутствия фонетического письма. Защита проходила в Москве 29 марта 1955 г. Результатом - стало присвоение звания не кандидата, а доктора исторических наук, что в гуманитарной области происходит крайне редко.

Защита диссертации по индейцам майя стала научной и культурной сенсацией в Советском Союзе, очень быстро о дешифровке узнали и за рубежом. Казалось парадоксом - ни разу не побывав в Мексике, советский исследователь сделал то, чего не добились многие ученые разных стран, годами проводившие полевые исследования среди индейцев майя. Единственной поездкой Ю.В.Кнорозова за рубеж (вплоть до 1990 г.) стало участие в Международном конгрессе американистов в Копенгагене в 1956 г., куда Кнорозов попал лишь благодаря настояниям академика А.П. Окладникова.

Зарубежные коллеги поделились на два лагеря: одни сразу же и безоговорочно стали, по определению известного американского археолога, профессора Йельского университета Майкла Ко, «кнорозовистами». Другие, и в первую очередь глава американской школы выдающийся майянист Эрик Томпсон, восприняли открытие молодого советского ученого как личное оскорбление. Тем более, что сам Томпсон, будучи величайшим знатоком культуры майя, раньше прочих понял, что «Кнорозов безусловно прав». Но добровольно сдавать свои позиции не пожелал, начав непримиримую войну, носившую в основе идеологический характер. Однако даже близкое окружение Э.Томпсона довольно быстро оказалось на стороне Кнорозова. Майкл Ко назвал победу Кнорозова «триумфом духа».

В начале 1960-х Кнорозову предложили поучаствовать в составлении первой компьютерной программы для машинной обработки текстов майя. Группа программистов из Новосибирска попыталась создать на материалах Ю.В. Кнорозова некую первичную базу данных по знакам рукописей. Через некоторое время новосибирская группа объявила о том, что у них разработана «теория машинной дешифровки» и издала в 4 томах компьютеризированную базу данных Кнорозова. Издание преподнесли Хрущеву. С точки зрения специалистов и, в первую очередь, самого Кнорозова, объявленная «машинная дешифровка» была полной глупостью и вызвала недоуменную реакцию у специалистов. Тем более, что в 1963 г. вышла великолепная монография Ю.В. Кнорозова «Письменность индейцев майя», раскрывающая принципы дешифровки. Однако это нелепое недоразумение поставило для некоторых под сомнение подлинные результаты дешифровки. За рубежом противники также воспользовались этим предлогом, чтобы оспорить открытие советского ученого. В результате лишь спустя двадцать с лишним лет, в 1975 г. удалось опубликовать переводы текстов. Монография называлась: «Иероглифические рукописи майя».

Ю.В. Кнорозов принадлежит плеяде великих ученых XX века, которые сумели, в расцвет, казалось бы, все большего обособления по узким областям, понять и почувствовать, что будущее науки лежит в междисциплинарности подходов. Поэтому он с увлечением занимался темами, выходящими за рамки его «узкой» специализации «майяниста». Хотя сама дешифровка иероглифического письма лежала уже требовала сочетания знаний по истории, этнографии, лингвистике и даже психофизиологии. Только для того, чтобы доказать независимое от культур Старого Света происхождение письма майя, Кнорозову пришлось решать вопросы, связанные и с этногенезом мезоамериканцев и с теорией заселения Америки.

На самом деле Кнорозов прекрасно понимал, что дешифровка системы письма связана с важной теоретической проблемой – выявлением закономерностей цивилизационных процессов. Причем повод был глубоко формальным: по взятой у Моргана классиком марксизма Энгельсом классификации уровней цивилизации, индейцы относились к «дикарям», у которых письменности не могло быть по определению. Как замечал Ю.В.Кнорозов, он «вынужден был пересматривать Энгельса, не зная, чем все это может закончиться» для доказательства того, что «возникновение фонетического письма у майя не противоречит марксистской догме». Так возникла тема исследований, которую можно определить как «формирование и развитие информационного поля коллектива».

В основу положений легла «теория коллектива», в которой под коллективом подразумевалось структурированное «объединение объединений» людей, развивающееся за счет совершенствования способов коммуникации и усложнения внутриколлективных связей. Ассоциацию людей Кнорозов рассматривал не как дальнейшее развитие или высшую форму объединения животных, а как следующий тип дифференцированной системы – «объединение объединений». При этом составляющей единицей ассоциации людей (не совпадающей с обществом) является не особь, а коллектив.

Кнорозов обратился к закону рекапитуляции Геккеля, согласно которому развитие особи повторяет развитие вида и, применив его к развитию цивилизации как воспроизводящейся системе, предложил важное уточнение: «онтогенез повторяет филогенез с обратно пропорциональной скоростью». Это системное свойство оказывается присущим и составляющим компонентам «универсальной системы» – например, развитию интеллектуального потенциала homo sapiens и коллектива. Первоочередное внимание уделялось становлению коммуникации способам передачи и фиксации информации – возникновение звуков, деноминаций, рисунков, письма, моделей социального поведения. Основные положения были изложены в статье «К вопросу о классификации сигнализации», опубликованной в журнале «Основные проблемы африканистики» в 1973г. Для решения этих проблем Ю.В.Кнорозов обратился к исследованию интеллектуально- познавательной деятельности детей и сопоставлению этапов развития ребенка с этапами развития общества. Он уделял самое пристальное внимание общим проблемам семиотики, создав даже специальную группу этнической семиотики, регулярно издававшую сборники с этим же названием. Его все больше притягивали темы, связанные с работой головного мозга человека, его функциональной организацией. Совместно с В.В.Ивановым была даже инициирована специальная исследовательская программа «Мозг» при президиуме АН СССР.

Вместе с тем, всю свою творческую жизнь Кнорозов продолжал работу с древними текстами майя. После прочтения рукописей начались исследования надписей на керамических сосудах и монументальных памятниках. Он постоянно обращался к теме общего происхождения мезоамериканского письма, «подбираясь», как он говорил, к дешифровке так называемой эпи-ольмекской письменности.

В 1975 году Кнорозову за его гениальное открытие была вручена Государственная премия СССР. В 1990 г. президент Гватемалы в знак признательности вручил ему специальную Большую Золотую медаль. В 1995 г. в посольстве Мексики в Москве ему был вручен серебряный Орден Астекского Орла. Такие ордена вручаются мексиканским правительством иностранным гражданам, имеющим исключительные заслуги перед Мексикой. Эта награда имела для Кнорозова особое значение. Получив награду, он сказал по-испански «Мое сердце всегда остается мексиканким».

Кнорозову удалось все же посетить земли майя – впервые это произошло по приглашению президента Гватемалы в 1990 г. Затем последовали приглашения мексиканского правительства, Института Антропологии и истории и парка Шкарет, издавшего в Мексике его избранные произведения.

Скончался Юрий Валентинович Кнорозов 30 марта 1999 от инсульта и последовавшего отека легких - в одиночестве, в коридоре одной из городских больниц. Так накануне прихода третьего тысячелетия ушел из жизни гений, чей вклад в науку по праву относится к величайшим достижениям ушедшего XX века.

                                                     Кнорозов 2 

Список публикаций Ю.В. Кнорозова

Кнорозов Ю.В. Неизвестные тексты // Забытые системы письма: Остров Пасхи, Великое Ляо. Индия: Материалы по дешифровке. М.: Наука, 1982. С. 3-10.

Ершова Г.Г. Юрий Валентинович Кнорозов // Портреты историков. Время и судьбы. М., Наука, 2004. С.474-491.

     





Версия для печати